Архивы: связи

Языки

Перед отъездом в Индию в конце восьмидесятых, Я мог говорить немного хинди как мой третий язык. Английский был вторым языком, и Малаялам мой родной язык. Я не бегло говорил на хинди любым протяжением воображения, но я мог бы говорить это достаточно хорошо, чтобы избавиться от продавца от двери до двери, например.

Это именно то, что мой отец (подтвердил Хинди-Phobe) попросил меня сделать во время одного из моих визитов домой, когда стойкие, Хиндиязычного сари продавец носился над нашей веранде. К этому времени, Я провел более шести лет в США (и считается мой английский очень хорошо) и через пару лет во Франции (достаточно, чтобы знать, что “очень хороший английский язык” не было никакое грандиозное предприятие). Таким образом, чтобы избавиться от Сары-Вала, Я начал с ним разговаривать на хинди, и самое странное произошло — все это было Французский , который выходил. Не мой родной язык, не мой второй или третий язык, но французский! Короче говоря, там был очень смущен сари продавец бродят по улицам в этот день.

Правда, есть некоторое сходство между хинди и французском языках, например, в звуках вопросительных слов, и глупые мужское-женское полов из нейтральных объектов. Но я не думаю, что было, что вызывало излияние французскости. Он чувствовал себя так, как будто заменил Французский Хинди в моем мозгу. Независимо клетки мозга из шахты, которые были проводные вверх говорить на хинди (плохо, Я мог бы добавить) были перемонтирован а-ля franciaise! Некоторые странные механизм распределения ресурсов была утилизации клетки моего мозга без моего ведома и согласия. Я думаю, что это французское вторжение в моем мозгу не ослабевала и усваивается кусок моих английских клеток, а. Конечным результатом было то, что мой английский был все испортил, и мой французский никогда не достаточно хорошо. Я чувствую себя немного виноватым перед моими запутанных клеток мозга. Карма, Я думаю, — Я не должен был перепутал сари продавец.

Хотя говорил в шутку, Я думаю, что то, что я сказал правду — языки, которые ты говоришь занимают различные участки головного мозга человека. Один мой друг является франко-американская девочка от аспирантов лет. Она не оказывает заметного акцента в ее Americanese. После того, как она посетила меня во Франции, и я обнаружил, что всякий раз, когда она используется английское слово, говоря по-французски, она имела явное французский акцент. Это было, как будто английские слова вышли из французской секции ее мозга.

Конечно, языки могут быть инструментом в руках творческий. Мой officemate во Франции был умный английский парень, который упорно отказывался учиться любой французский вообще, и активно сопротивлялись никаких признаков французской ассимиляции. Он никогда не произносил французское слово, если он мог поделать. Но тогда, одно лето, два английских стажеров обнаружился. Мой officemate попросили наставника их. Когда эти две девочки пришли в наш офис, чтобы встретиться с ним, этот парень вдруг двуязычным и начал говорить нечто подобное, “Что мы делаем здесь.. Ой, жаль, Я забыл, что вы не говорите по-французски!”

Story So Far …

In the early sixties, Santa Kumari Amma decided to move to the High Ranges. She had recently started working with KSEB which was building a hydro-electric project there.The place was generically called the High Ranges, even though the ranges weren’t all that high. People told her that the rough and tough High Ranges were no place for a country girl like her, but she wanted to go anyways, prompted mainly by the fact that there was some project allowance involved and she could use any little bit that came her way. Her family was quite poor. She came from a small village called Murani (near a larger village called Mallappalli.)

Around the same time B. Thulasidas (better known as Appu) also came to the High Ranges. His familty wasn’t all that poor and he didn’t really need the extra money. But he thought, hey rowdy place anyway, what the heck? Хорошо, to make a long story short, they fell in love and decided to get married. This was some time in September 1962. A year later Sandya was born in Nov 63. And a little over another year and I came to be! (This whole stroy, кстати, is taking place in the state of Керала в Индия. Хорошо, that sentence was added just to put the links there, just in case you are interested.) There is a gorgeous hill resort called Муннар (meaning three rivers) where my parents were employed at that time and that’s where I was born.

 [casual picture] Just before 1970, they (and me, which makes it we I guess) moved to Trivandrum, the capital city of Kerala. I lived in Trivandrum till I was 17. Lots of things happened in those years, but since this post is still (and always will be) work in progress, I can’t tell you all about it now.

В 1983, I moved to Madras, to do my BTech in Electronics and Communication at ИИТ, Хлопчатобумажная ткань в полоску. (They call the IITs the MIT of India, only much harder to get in. In my batch, there were about 75,000 students competing for about 2000 places. I was ranked 63 among them. I’m quite smart academically, you see.) And as you can imagine, lots of things happened in those four years as well. But despite all that, I graduated in August 1987 and got my BTech degree.

В 1987, after finishing my BTech, I did what most IITians are supposed to do. I moved to the states. Upstate New York was my destination. I joined the Physics Department из Сиракузский университет to do my PhD in High Energy Physics. And boy, did a lot of things happen during those 6 лет! Half of those 6 years were spent at Cornell University in Ithaca.

That was in Aug. 1987. Then in 1993 Семь, the prestigious French national research organization ( CNRS – “Centre national de la recherche scientifique”) hired me. I moved to Франция to continue my research work at АЛЕФ, CERN. My destination in France was the provencal city of Марсель. My home institute wasCentre de Physique des Particules de Marseille” или CPPM. Конечно, I didn’t speak a word of French, but that didn’t bother me much. (Before going to the US in 1987, I didn’t speak much English/Americanese either.)

End of 1995, on the 29th of Dec, I got married to Kavita. In early 1996, Kavita also moved to France. Kavita wasn’t too happy in France because she felt she could do much more in Singapore. She was right. Kavita is now an accomplished entrepreneur with two boutiques in Singapore and more business ideas than is good for her. She has won many awards and is a minor celebrity with the Singapore media. [Wedding picture]

В 1998, I got a good offer from what is now the Институт исследований Infocomm and we decided to move to Singapore. Among the various personal reasons for the move, I should mention that the smell of racisim in the Marseilles air was one. Although every individual I personally met in France was great, I always had a nagging feeling that every one I did not meet wanted me out of there. This feeling was further confirmed by the immigration clerks at the Marignane airport constantly asking me toMettez-vous a cote, джентльмен” and occassionally murmuringles francais d’abord. [Anita Smiles]

A week after I moved to Singapore, on the 24rth of July 1998, Anita was born. Incredibly cute and happy, Anita rearranged our priorities and put things in perspective. Five years later, on the 2nd of May 2003, Neil was born. He proved to be even more full of smiles.  [Neil Smiles more!]

В Сингапуре, I worked on a lot of various body-based measurements generating several patents and papers. Towards the end of my career with A-Star, I worked on brain signals, worrying about how to make sense of them and make them talk directly to a computer. This research direction influenced my thinking tremendously, though not in a way my employer would’ve liked. I started thinking about the role of perception in our world view and, consequently, in the theories of physics. I also realized how these ideas were not isolated musings, but were atriculated in various schools of philosophy. This line of thinking eventually ended up in my book, Unreal Вселенная.

Towards the second half of 2005, I decided to chuck research and get into quantitative finance, which is an ideal domain for a cash-strapped physicist. It turned out that I had some skills and aptitudes that were mutually lucrative to my employers and myself. My first job was as the head of the quantitative analyst team at OCBC, a regional bank in Singapore. Это средний офис работа, с участием управления рисками и сокращения кипучей трейдеров, gave me a thorough overview of pricing models and, perhaps more importantly, совершенное понимание реализации ведомой конфликта жителей аппетита к риску банка.

 [Dad] Позже, в 2007, I moved to Standard Chartered Bank, as a senior quantitative professional taking care of their in-house trading platform, which further enhanced my "big picture" outlook and inspired me to write Принципы количественного развития. I am rather well recognized in my field, and as a regular columnist for the Wilmott Журнал, I have published several articles on a variety of topics related to quants and quantitative finance, which is probably why John Wiley & Sons Ltd. asked me to write this book.

Despite these professional successes, on the personal front, 2008 has been a year of sadness. I lost my father on the 22nd of October. The death of a parent is a rude wake-up call. It brings about feelings of loss and pain that are hard to understand, and impossible to communicate. And for those of us with little gift of easy self-expression, they linger for longer than they perhaps should.